Category: путешествия

Category was added automatically. Read all entries about "путешествия".

22 + 23


Сегодня ровно 23 года как я в Израиле. На один год больше, чем прожито там.
18 ноября вечером я последний раз обвел повлажневшими глазами нашу рижскую квартиру и сошел вниз к такси. Вокзал, поезд в унылую серо-ледяную Москву, дикие очереди у посольства Голландии, полувиза, виза, аэропорт, рейс в Будапешт, где еще царила мягкая пасмурная золотая осень...Нас вроде держали около суток в каком-то спортзале за городом, под охраной с автоматами - арабы угрожали компании Малев и Венгрии терактами за соучастие в перевозке советских евреев в Израиль. Прямых рейсов еще не было. Дипломатических отношений тоже. Вечером 22-го опять аэропорт, израильский боинг, показавшийся нам гигантским, смуглые лица экипажа, взлет, поздравление экипажа моей маме с днем рождения (папа тайком подозвал стюардессу), полночь, еще пару часов лету, огни внизу...Море огней и четкая береговая линия Тель-Авива, на которую я до сих пор смотрю каждый раз, прилетая из-за границы. И каждый раз, с того самого первого, появляется чувство, что ты прилетел домой...
Бессонный остаток ночи в аэропорту, прибывших море, очередь на получение документов затягивается до 6 утра, и я помню пальмы, постепенно вырисовывающиеся с рассветом из темноты.
Такси к маминой тете в Реховот, снятые с себя в охапку куртки и свитера - на улице под 30, осень была жаркая и долгая в том году. 1 декабря поездка в Хайфу, любовь с первого взгляда к этому городу, купание в море и осознание того, что я хочу тут жить.
Дальше будет киббуц, ульпан, бесноватый Хуссейн со Скадами, сбор апельсинов....но это уже совсем другие истории.
А спать в прошлую ночь тоже не получилось - сперва по дому носились коты, натыкаясь на двери, потом часть из них требовала жрать, а другая хотела на улицу, в 3 часа ночи надо было поднять младшего ребенка пописать, а в 5.30 он уже проснулся сам и потребовал телевизор и Халф-лайф на папином компьютере, куда вскоре присоединился и старший братец. Потом надо было вывести собаку, сообразить завтрак, почистить кошачьи туалеты, поставить стирку, задать зверям корму...И только ближе к обеду удалось расслабиться, сожрать миску кускуса с банкой тушенки из русского магазина и в тысячный раз послушать на ютюбе под чашку кофе любимую мелодию Паулса из "Долгой дороги в дюнах". В последнем предложении вы, дорогие читатели, можете поискать охуенно глубокий символизм, дуализм, связь времен и прочую фрейдистскую подоплеку. И если вам не лень, подведите мне промежуточные итоги, только аккуратненько. А я спать пойду, мне вставать завтра рано.

Уходят герои детства

Кнут Хаугланд, последний из участников экспедиции на "Кон-Тики", скончался в возрасте 92 лет.

Грустно, наверное, не только собственно из-за его смерти. Просто в такие моменты острее понимаешь, как же бесконечно далеко ушло то самое детство, когда мы с упоением читали про выскакивающих из воды летучих рыб, холодное течение Гумбольдта, выпавшую рулевую доску, краба Юханнеса и гряду рифов Рарориа и Такуме, на которые несло маленький плот.
Книгу можно перечитать, но не дано вновь почувствовать тот особенный мальчишеский восторг, который начинает безвозвратно уходить после 10-12 лет.

Зацепило. Кольнуло.

Песенка про старые стены

Я кочую и кочую,
Я в гостиницах ночую,
И свои же телефоны
Вспоминаю я с трудом,
Но однажды вдруг приснится
Узких улиц вереница,
Бывший клен и тихий дворик,
Старый дом наш,
Давний дом.

Безрассудно,
Бесполезно,
Вверх по лестнице железной,
Как на старом пианино
Выше, выше,
Выше звук...
Ничего не повторится,
Перевернута страница,
Но когда мне дом приснится,
Днем все падает из рук.

Вот буфет, давно не новый,
Вот столовый стол дубовый,
Ржавый никель на кровати,
Старый коврик на стене –
Вот и все, что там имелось,
Но нигде мне так не пелось,
Не смеялось, не грустилось
И не радовалось мне.

Жизнь сложна ли,
Жизни туга ли –
Здесь мне стены помогали,
Отчего же эти стены
Вдруг мне сделались тесны?
Билась я о них до боли
И рвалась, рвалась на волю,
Оттого ли,
Что в ту пору
Мне иные снились сны?

Мне простора не хватало,
Я уже во сне летала,
Неумело,
Расшибаясь
О дверные косяки,
Ничего не понимала,
Может, места было мало...
То ли места было мало,
То ли крылья велики.

Не поместье родовое
Это место роковое,
Здесь живут другие люди,
И у них иной уклад,
Но всему изведав цену,
Бьюсь и бьюсь я в эти стены –
Не вернешься, не вернешься,
Не воротишься назад...
  • Current Mood
    indifferent indifferent